СТОЙ! ЛЕВ ТОЛСТОЙ. (Стих Полины С., ей 4 года)

О том, что Стоппард пишет сценарий для Голливуда по «Анне Карениной», я знал давно, Стоппард сказал мне об этом, когда мы встречались в Москве, чтобы обсудить его пьесу, которую ставил в нашем театре Майкл Хант. Конечно, мне было ужасно интересно, что это будет.

В мае прошлого года Золотарь выпустил в Театре-Театре «Анну Каренину». Много можно говорить о том, что мне не подошло в этом спектакле, но самое главное –  мне понравился замысел постановки. Золотарь попытался рассказать произведение Толстого в картинках. (То, что называется комиксом, –  история в единстве повествования и визуального действия.) Поясню: он пошел не по пути реалистического рассказа, когда есть персонажи, между ними связи, связи создают сюжет, целую жизнь и так далее. Он «нарисовал» живые картинки:  они складывают сюжет, из сюжета вырастают связи между персонажами, и все это должно было бы стать  захватывающей, чувственной историей…  Но Золотарь все-таки не до конца осмыслил этот свой замечательный ход: его сюжет, на мой взгляд, крайне несовершенен, поэтому и те, кто любит Льва Толстого, сильно сопротивляются нашей «Анне Карениной».

Наконец вышла «Анна Каренина», снятая Джоном Райтом по сценарию Тома Стоппарда, с блистательной Кирой Найтли. Фильм меня пленил. Он поразительный. А самым поразительным  для меня в нем было то, что Стоппард с Райтом рассказали историю Анны в тех же приемах, что и Золотарь. Они тоже сделали своего рода комикс, или рассказ в картинках.  Есть нечто знаковое для нашего времени в том, что абсолютно разные художники одновременно и независимо друг от друга подошли к одному и тому же классическому материалу одним и тем же путем. Конечно, такой морфологический параллелизм не случаен.

Комиксы прочно обосновались в массовой культуре еще в 19 веке, но кино и театр не часто припадали к этим источникам. Если в кино какие-то попытки и были, то в театре – почти никогда. Золотарь в этом способе рассказа, на мой взгляд, во многом новатор. А Стоппард с Райтом создали в этом ключе и просто шедевр: внутри их «картинок» не только существует осмысленный сюжет, но и возникают мощные чувственные связи.

Фильм перенасыщен реминисценциями. Огромное наслаждение считывать намеки на полотна Венецианова, работы Лансере, других русских художников, которые так щедро процитированы там. Улавливать в музыке Маринелли темы  русской музыкальной классики. И все сделано так тонко,  красиво, вкусно…

Действие в английской «Анне» происходит внутри театра. Это не реальная, а выдуманная театральная жизнь, где каждая мелочь играет. Например, Китти приходит на бал. Она появляется откуда-то из закулисья: как будто бы пространство театрального зала превращено в бальный зал.  У входа –  два лакея. У одного штаны безупречно подтянуты, у другого – нарочито нет.  Не заметить сие невозможно.  «Фирменный» стиль этого кино определяют невероятно остроумные,  ироничные  и точные детали.

Фильм я смотрел с детьми. Обсуждали мы его потом несколько дней. Ира (она кино не видела), заинтригованная нашими бурными эмоциями, тоже поспешила сходить на «Анну». Но моих восторгов жена не разделила. Я тогда еще подумал: «Наверное, я преувеличил его достоинства.  Интересно,  если посмотреть «Анну Каренину» второй раз, то  вызовет ли у меня эта история снова такой же восторг?».  Честно скажу: было опасение, что нет. Ведь я уже оценил этот невероятный  ход, придуманный и блестяще  воплощенный его создателями. Чего еще ждать? Но я рискнул. Я  пошел  на «Анну» второй раз и чуть не умер от счастья.  Оказалось, что когда ты все уже знаешь про течение фильма и тебе не надо следить за его поворотами, ты попадаешь в совершенно потрясающий мир, который ведет тебя какими-то своими путями к чувственному пониманию того, что есть для мировой культуры Толстой и его «Анна Каренина».

Основной персонаж Толстого, как бозон Хиггса, всегда находится за чертой мыслимого. Его феномен возникает в движениях, переплетениях и взаимодействиях всего, что есть в романе: всех его слов и мыслей, ощущений и переживаний, знаков и звуков,  пустот и длиннот…   Чтобы помыслить Анну, мне надо было посмотреть картину второй раз. Теперь я понимаю, что с удовольствием посмотрел бы этот фильм  и в третий раз, потому что это кино – бесконечный источник смыслов. При всей своей простоте он сложен. При всей своей сложности – прост.

История Анны – это не рассказ о конкретной женщине. Не только рассказ о конкретной женщине.  История Анны у Толстого несет в себе тот разрушительный огонь, ту страсть, тот конфликт, что есть практически в каждом человеке. Только мы, обычные люди, пытаемся, как правило, это начало в себе подавить,  потому что понимаем, что оно ведет к самому краю: туда,  где с одной стороны жизнь, которой хочется наслаждаться и радоваться, а с другой –  смерть. Большинство людей слушают голос здравого смысла. Но в природе человека заложен и другой мотив – таинственный, непостижимый. Он заставляет идти наперекор, бросать вызов, сжигать мосты, чтобы овладеть жизнью, постигнуть свои возможности, утвердить в этом мире себя и свое…

Ведь понимала же Ева, когда рвала яблоко, что обрекает себя и весь свой род на большие неприятности, но не удержалась, сорвала. У переступившего  черту неминуемо возникает  разлад между телом и духом.  И вот уже невозможно править, как кораблем в бурю, собственной  жизнью и остается одно – броситься на рифы, освободив чистый дух.  «Анна Каренина» —  страстный рассказ о человеке вообще, о том, что прячется в каждом из нас независимо от национальности и вероисповедания.

Толстой, Достоевский, Чехов – авторы  мира. Да и вообще вся русская литература, как никакая другая,  погружена в тайны человеческой души. Почему это происходит? Возможно, потому что для России, как государства,  человек никогда не был ценностью.  Тем сильнее русским писателям хотелось понять человека и его место в мире. Тем глубже они проникали в тот экзистенциальный конфликт, что существует между обыденной жизнью человека и его богоданностью.

У каждой эпохи своя структура мышления. Молодому поколению мир точно видится совсем не таким, каким его представляем себе мы, родившиеся в двадцатом столетии. Сегодняшние мальчики и девочки получили в наследство мощный ресурс: благодаря  современным технологиям они могут одним движением пальца менять «картинки» не только внутри себя, но и вовне. У них другое восприятие –   более динамичное, очень визуальное, многомерное…  Но если им, привыкшим «чирикать» в Твиттере,  дать роман «Анна Каренина» в руки и сказать: прочти, там много интересного написано. Вряд ли они на это пойдут. Тяжелый массив сплошного текста –  без гаджетов и виджетов –  скорее испугает молодежь, чем привлечет. Из этого, правда, совсем не следует, что нынешним  молодым и юным не дано понять величие и глубину русской классики. Дано. Они могут понимать и чувствовать, как мы, то же, что мы, в унисон с нами. Только их путь к этому лежит через другой порт.

Этот порт существует: и в новом английском фильме «Анна Каренина», и в спектакле «Анна Каренина» Золотаря есть попытка нашего поколения передать поколению юному свой взгляд на Толстого в понятной для него системе координат.  Меня могут спросить:  значит,  молодым не надо читать Толстого? Конечно, надо. Но, посмотрев этот фильм или спектакль, кто-то из них, убежден, сам возьмет в руки книгу.

Для меня важно, что Стоппард, Райт и Золотарь слышат время. Каждый по-своему. И каждый по своему ищут для вечных смыслов новый тип речи. Наше поколение тоже  так или иначе переводило на свой язык и античность и Ренессанс.  Без перевода диалога между разными временами и культурами не возникнет.

доктор живаго

возобновляется спектакль «Доктор Живаго» после годового перерыва, вызванного проблемами с декорацией. наконец театр преодолел трудности и я с радостью

приглашаю всех 14,15 и 16 декабря на премьеру второй жизни мюзикла «Доктор Живаго»

СОБЫТИЯ ТЕАТРАЛЬНОЙ ЖИЗНИ

На днях состоялась церемония награждения лауреатов национальной премии «Музыкальное сердце театра». Спектакль «Алые паруса» Пермского академического Театра-театр стал лауреатом в 5-ти номинациях.
Национальный фестиваль «Золотая маска» объявил лауреатов премии в номинации «За честь и достоинство». В их список вошел Иван Тимофеевич Бобылев — с 1967 по 1969 и с 1972 по 2004 годы руководил Пермским областным драматическим театром ( в настоящее время Театр-театр)
11 декабря исполняется три года с момента открытия театра «Сцена Молот». В течении этих лет театром руководил Эдуард Бояков. В настоящее время театр меняет свою художественную концепцию и в скором времени ее обнародует

НЕУДАВШИЙСЯ КОНТАКТ С ЭХОМ

В понедельник был в Москве. Звонок с Эха Перми с просьбой прокомментировать: возможно ли управлять культурой коллегиально. Не досказал — связь оборвалась, не перезвонили. Видимо все поняли. Выскажусь.
Коллегиально, по-моему, управлять вообще нельзя (вся власть советам — уже было). Что такое управлять — распоряжаться смыслами и средствами в интересах чего-либо или кого-либо. Коллегиальное управление — коллективная  безответственность при большом количестве интересов — самый не эффективный способ.
Что можно делать коллегиально? Вырабатывать стратегию или договориться об основных направлениях деятельности. Коллегиально можно назначить управляющего. Но дальше — доверить ему управление, в том числе идеологическое, на определенный срок с обязательной ротацией.
Теперь не много о культурной политике. На расширенной коллегии все выглядело действительно глупо, о чем мягко, но ясно указал губернатор. Эксперты занимались оправданием или осуждением культурной политики, вместо того, чтобы проанализировать а что собственно изменилось: сколько зрителей посетило театры или, например, симфонические концерты, как приросло посещение музеев, сколько было выставок и, кстати, какое количество из них было на местном материале. «Белые ночи» второй год исследуются Высшей школой экономики, есть цифры, база для выводов и определения приоритетов.
Новая культурная политика — в чем она? Пока слышно только об коллегиальном управлении — безответственно и, как кажется авторам, безконфликтно. В старой хоть было понятно кто во всем виноват. Однако это не единственное ее свойство. Вот основные принципы:
    — существенное изменение возможность досуга жителей пермского края;
    — приближение жителей Перми и края к региональным, российским и мировым художественным ценностям;
    — воздействие на среду проживания (это не обязательно красные человечки — артобъекты можно менять- главное, что Пермь, как и Париж, Лондон имеют такой опыт);
   — создание условий для роста и самореализации деятелей культуры, креативно мыслящих сограждан.
Попытка примирить всех в искусстве несбыточна. А главное зачем? Пусть будут разные и пусть они не приемлют друг друга: конфликт в искусстве самый бескровный — стен, для картин, бумаги, чтоб писать, ушей, чтобы слушать, глаз, чтоб смотреть хватит на всех.
Забавную формулу придумал Аверкиев, мол конфликтующее общество вынудило идеологов культурного процесса создать Белые ночи, пригласить Курендзиса, вести другие, значимые для него — Аверкиева — проекты; на первый взгляд смешно, а если вдуматься, прав правозащитник — конфликт, ответственность заставляет сочинять несуществующее, делать невозможное.

» Лондон. Пушкинский дом.»

Лондон

Пишу в самолете по дороге в Москву.
Я впервые в Лондоне, а его приметы начал изучать в школе, по-моему, с первого класса; Trafalgar square и Big Ben были для меня сказочно-нарицательными объектами, живущими не более чем в воображение.
В Лондон я поехал по приглашению Пушкинского дома, кстати, не правительственная организация — собсвенность частного фонда, основанного послереволюционными эмигрантами для сохранения в своей среде русской культуры. Позвали они меня по наводке Майкла Ханта — английский режиссер последние годы много работающий в Перми — сделать доклад о пермском культурной проекте. Один вечер был посвящен спектаклю Фиделио, который Хант поставил совместно с пермской оперой в музее Пермь-36 ( кстати, прекрасный спектакль, посмотреть его еще раз на видио было большим удовольствием, тем более, что этот уникальный проект в реальности не будет повторен), другой вечер — мой доклад, вызвавший большой интерес и множество вопросов. В итоге доклад завершился обсуждением актуального для меня проекта «Культурная столица Росси». Интереснейшая тема для отдельного блога.
Теперь самое главное: Лондон. Первое потрясение: 2,5 дня я общался по-английски без переводчика и меня понимали; сам я понимал практически все, даже спектакли, кроме последнего, но его не поняли Макл Хант и Гарри Коен — лондонский драматург, которые меня на этот спектакль привели. Второе потрясение сам Лондон и все известные с детства объекты , они, надо сказать, выглядят так, как будто их вчера отреставрировали — ну, да! Олимпиада!
На Трафальгарской площади, символизирующей их победу, являющейся предметом их гордости и патриотизма, по углам стоят четыре пьедестала и только три из них имеют скульптуры, возведенные в разные исторические периоды, один пьедестал не был занят, и сейчас на нем каждый месяц выставляется новый артобъект. В настоящий момент это деревянный золотой мальчик, сидящий на лошадке-качалке — сфотографировал; если научусь прикреплять фото к тексту, можно увидеть. Короче, Лондон в большом порядке. Ему есть куда идти и он с интересом смотрит в будущее, не боясь потерять корни или их дискредитировать, а традиции нужно сохранять, окружая их живой средой, в которой живут живые люди. Ура Лондону!
Впервые позавидовал людям другой профессии. Захотелось стать водителем лондонского кэба. Не могу обтяните почему, но это так.Изображение

Возвращение после паузы.

Я, наконец, прерываю молчание и возвращаюсь в публичную среду. Готов взаимодействовать со СМИ, если им и мне это будет интересно, возвращаюсь в блоги. Полгода молчания были крайне полезны, чтобы остраница от проекта, которым занимался, с другой позиции увидеть его полезность или отсутствие таковой. Мои поездки по миру — сейчас я в Лондоне, по стране, участие во многих отечественных и зарубежных форумах, симпозиумах и круглых столах, посвященных вопросам культуры, последнего времени привели меня к выводу: Чиркунов — гений, а наш проект — важнейший опыт в сфере управления территориями, изменения качества жизни; он должен быть использован — уже используется — другими городами и регионами и, надеюсь, будет продолжаться в Перми

Последний шаг к этой цели

Закончились Белые ночи 2012 и вместе сними закончилась моя служба в правительстве Пермского края. И то и другое закончилось эффектно — удалось убедить горожан, что они живут в интересном городе: более миллиона посетителей фестивального городка, переполненные залы театров, концертные залы филармонии. По сути, цель, которую мы ставили себе в культурном проекте, достигнута. В связи с этим свое участие в проекте «Шаг к цели» в wordpress завершаю. Я поищу другую цель и другой формат публичности.
Губернатор Басаргин пообещал продолжать почти все проекты в культуре.  К тому же и Кочурова и Протасевич, взятые им управлять культурой, люди проекту не чужие. Огромный шанс. Постарайтесь его не упустить